вошел в шлюз. Конечно, космонавт чувствует себя иначе, чем моряк в подводной лодке. Леонов не вошел, а, паря в невесомости, «вплыл» в шлюзовую камеру. Дав давление в скафандр, космонавт проверил его герметичность и подачу кислорода. Затем он проверил положение светофильтра на гермошлеме. Это было необ­ходимо: когда командир корабля открыл крышку выходного люка, ослепительно яркий солнечный свет заполнил камеру.

Выбравшись из люка, Леонов легким толч­ком отделился от корабля и плавно отплыл в сторону на длину троса-фала, соединявшего его с кораблем. Медленно вращаясь, человек, впервые оказавшийся лицом к лицу с беско­нечной Вселенной, с восторгом осматривался вокруг. Как и предсказывали ученые, как мно­гократно описывали писатели-фантасты, яркое солнце и немигающие звезды сияли на «фоне темно-фиолетового с переходом в бархатную черноту бездонного неба...». Космонавт отчетли­во различал очертания Крымского побережья, голубую линию Волги, хребет Урала, Обь, Енисей — огромная красочная карта нашей планеты медленно открывалась его взору.

Выполняя программу, Леонов совершал различные эволюции: разбросав руки, парил в космосе, подтягивался за трос к кораблю и отталкивался от него.

Перед возвращением на корабль космонавт снял с кронштейна киноаппарат, намотал на руку фал и вошел в шлюз. Командир закрыл люк, выровнял давление в шлюзе и кабине, и Леонов снова оказался в своем кресле.

Какие же основные физические особенности пребывания в космосе удалось наблюдать в этом полете?

Два небесных тела — корабль и человек — это такая же планетная система, как, напри­мер, Земля — Луна, и так же подчиняются законам космической механики. Они движутся по своим орбитам, вращаясь вокруг общего центра масс. Этот центр всегда остается на ор­бите, предназначенной кораблю. Но массы ко­рабля и человека сравнительно ненамного от­личаются друг от друга, значительно менее, чем, скажем, Земля и Луна. Поэтому, когда космонавт отталкивался от корабля, было заметно, что и корабль «отталкивается» от космонавта — любое перемещение Леонова вы­зывало соответствующее перемещение корабля. Леонов, рассказывая о своих впечатлениях, подчеркивал, что очень заметно ощущение упругости при отталкивании от корабля — при толчке космонавт чувствует, как весь корабль мягко отходит в противоположную сто­рону.

Интересно также, что при малейшем сме­щении направления силы толчка космонавт начинал вращаться вокруг своей собственной оси. Остановить вращение какими-либо дви­жениями невозможно, так как для этого нуж­но от чего-то оттолкнуться, куда-то приложить силу, а точки опоры нет. Единственный вы­ход — использовать реактивную силу. В буду­щем для стабилизации своего положения вне корабля космонавтам, очевидно, придется при­бегать к крошечным реактивным двигателям, или, как пишут фантасты, к реактивным писто­летам.

При перемещениях в невесомости крайне необходимо соразмерять и силу толчков. Вот что, например, рассказал Леонов: «Я довольно энергично подтянулся за фал и был вынуж­ден руками обороняться от начавшего стреми­тельно надвигаться на меня корабля. Прежде всего подумал о том, как бы не удариться иллюминатором гермошлема о корабль. Но, подлетев к шлюзу, я самортизировал удар ру­ками. Это оказалось очень легко сделать...»

Командир все время наблюдал за действи­ями Леонова с помощью телевизора, вел с ним телефонный разговор по проводам, проложен­ным в фале, по приборам в кабине контроли­ровал пульс, дыхание и работу системы жизне­обеспечения. Кроме того, все прикосновения к внешней оболочке корабля хорошо прослу­шивались внутри. Это использовалось как своеобразная дополнительная система звуко­вого контроля. Звук в космическом вакууме не распространяется, но каждое прикоснове­ние к обшивке корабля отчетливо слышно внутри его, В случае необходимости коман­дир мог прийти на помощь космонавту, нахо­дившемуся за бортом корабля.

За выходом Леонова в космос следила вся страна. Телевизионная камера, установленная на внешней поверхности корабля, позволила миллионам людей стать свидетелями косми­ческого подвига. Автоматическая кинокамера вела съемку непосредственно в космосе.

Очень интересно было проверить, можно ли работать за бортом корабля, ведь в буду­щем предстоят огромные монтажные работы. Леонов подтверждает, что работать в космосе можно: он намотал на руку фал, убрал крышку с объектива киноаппарата, перед возвраще­нием сам снял киноаппарат со стойки и т. п.

Но он отметил, что двигаться и работать в надутом воздухом скафандре трудно. В част-

56